Защита конституционного принципа свободы совести в деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации

Е.Н. Мельникова
(г.   Москва)

Защита конституционного принципа свободы совести в деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации

Институт Уполномоченного по правам человека существует в России уже около 8 лет и за это время, можно сказать, почти сформировался как государственный правозащитный институт. С первый дней работы аппарата Уполномоченного уделялось должное внимание проблемам обеспечения в российском обществе прав человека на свободу совести. Уже через год работы первого Уполномоченного  стала чувствоваться необходимость создания специального отдела в рамках рабочего аппарата, который занимался бы этими проблемами и такой отдел был создан – отдел сотрудничества с общественными объединениями. Основным направлением его деятельности стало восстановление нарушенных прав и защита законных интересов граждан и создаваемых ими общественных объединений, в том числе религиозных организаций; поддержание связей с правозащитными организациями и центрами, уделяющими в своей работе внимание проблемам свободы совести; сбор и обобщение материалов о положении в Российской Федерации с правами человека на свободу совести; подготовка предложений по совершенствованию законодательства о свободе совести; правовое просвещение граждан в этой сфере.

По мере становления федерального института омбудсмана шел процесс его формирования и в регионах. К 2005 г. на территории России избраны и успешно действует около 30 региональных Уполномоченных. Однако изучение их ежегодных докладов показывает, что далеко не всегда проблемам обеспечения конституционного принципа свободы совести уделяется должное внимание. Зачастую, эти вопросы вообще не освещаются на страницах докладов или носят «случайный», разовый характер.

На этом фоне, внушительным представляется то количество обращений, которое поступает к федеральному Уполномоченному из регионов. Несмотря на то, что от общего количества корреспонденции, жалобы, вызванные нарушениями принципа свободы совести, составляют не более 1 процента, их число в период с 1999 по 2005 гг. приблизилось к трем тысячам. Согласно фактам, содержащимся в этих обращениях, нарушения прав и свобод происходит в 60-ти из 89 субъектов Российской Федерации. Отмечу, что это лишь те случаи, которые стали нам известны из официальных обращений, но думаю, что в каждом субъекте России в той или иной форме встречаются нарушения законодательства о свободе совести. Поступают обращения и из-за рубежа. В них, как правило, сообщается о тех фактах нарушения религиозной свободы, которые стали достоянием мировой общественности.

С жалобами к Уполномоченному обращаются представители самых разных религиозных объединений. Среди них представители православных, мусульманских, католических, протестантских объединений, а также последователи новых религиозных движений и культов. Вопросы и проблемы, с которыми они обращаются, весьма схожи. Это: отказ в возвращении ранее национализированных (или изъятых в административном порядке) культовых зданий и другой собственности; несоблюдение принципа правового равенства религиозных объединений; воспрепятствование строительству новых культовых зданий; отказ отдельным религиозным объединениям в предоставлении муниципальных помещений для проведения массовых мероприятий религиозно-познавательного характера; распространение в СМИ недостоверной и порочащей информации о деятельности религиозных объединений; разжигание религиозной нетерпимости, пропаганда религиозного превосходства; неправомерное воспрепятствование (или ограничение) деятельности отдельных религиозных объединений.

В рамках предоставленных Федеральным конституционным законом «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» полномочий, Уполномоченный принимает необходимые меры для оказания помощи в защите прав заявителей.

В соответствии со ст. 2 Закона в своей деятельности Уполномоченный руководствуется, прежде всего, Конституцией Российской Федерации, законодательством Российской Федерации, а также общепризнанными принципами и нормами международного права.

Безусловно, для защиты конституционного принципа свободы совести и восстановления прав граждан, Уполномоченный действует в строгом соответствии с законодательством о свободе совести и религиозных объединениях. Оно представляет собой совокупность нормативных правовых актов, регулирующих общественные отношения, возникающие в процессе реализации человеком этого права. Схематично его можно представить, как многоуровневую систему, на верху, общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры. Следующей ступенью является федеральное законодательство, далее, законодательство на уровне субъектов федерации и, наконец, местный уровень.

Если рассматривать федеральный уровень законодательства, то здесь, прежде всего, следует обратиться к Конституции РФ, Гражданскому кодексу и Федеральному закону «О свободе совести и о религиозных объединениях». Представляют интерес и другие законы и нормативные правовые акты, принимаемые Президентом РФ, Правительством РФ, федеральными министерствами и ведомствами и направленные на «регулирование и защиту прав и свобод человека и гражданина» (п. «в» ст. 71 Конституции РФ).

Все нормативные правовые акты, принимаемые на региональном уровне, в соответствии с разделением предметов ведения между федерацией и ее субъектами, призваны обеспечить «защиту прав и свобод человека и гражданина» (п. «б» ст. 72 Конституции РФ).

И, наконец, на местном уровне принимаются лишь отдельные решения органов муниципального самоуправления, в пределах их компетенции.

Весь этот массив документов и составляет законодательство о свободе совести и религиозных объединениях. Основным требованием к законодательству не только в сфере свободы совести, но и в любой другой области права является его соответствие международным стандартам в области прав человека и Конституции РФ.

В этой связи необходимо остановиться на тех базисных положениях Конституции России, которые и составляют основу религиозной свободы, а также характеризуют содержание и сущность свободы совести, свободы вероисповеданий. Отмечу, что в российской Конституции присутствуют все основные общепризнанные принципы свободы совести, зафиксированные в международных правовых документах (Всеобщая декларация прав человека, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и др.)

Прежде всего, государство признает человека, его права и свободы высшей ценностью и обязуется их соблюдать и уважать (ст. 2). Права и свободы человека являются непосредственно действующими, и именно они «определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием» (ст. 18).

На основании анализа положений Конституции РФ, относящихся к проблемам свободы совести (ст. ст. 19, 17, 23, 28, 29, 59),можно выделить следующие принципы, важные для утверждения религиозной свободы:

– право на исповедание любой религии;

– право не исповедовать никакой религии;

– право менять свои религиозные убеждения;

– право распространять свои религиозные убеждения;

– равенство граждан вне зависимости от их отношения к религии;

– равенство религиозных объединений перед законом;

– право на альтернативную гражданскую службу;

– отсутствие, какого бы-то ни было принуждения в отношении исповедания или неисповедания религии;

– невмешательство государства во внутренние (богослужебные, канонические) дела церкви;

– невмешательство церкви в дела государственные.

 

Эти основные элементы составляют действительную свободу совести, закрепляют право гражданина пользоваться юридическими и фактическими гарантиями исповедания религии, любого ее направления, или быть неверующим, исходя из убежденности в истинности своей веры или своего безверия, в их нравственных преимуществах. Признание за каждым человеком права вероисповедного или мировоззренческого выбора, а также права этот выбор изменить, для нашей страны крайне важно уже потому, что исторически вопросы, касающиеся свободы совести, зачастую здесь решались не добровольно, а государством, «сверху». Утверждение принципа свободы совести в России является важным, так как наше государство многоконфессионально и переживает новый этап в становлении этого института. Его строгое соблюдение необходимо еще и в связи с тем, что законодательная неупорядоченность взаимоотношений государства и религиозных объединений может привести к обострению этих отношений.

Но провозглашение свободы совести было бы декларативным, если бы в Конституции не было указаний на гарантии ее осуществления и защиты. Конституционная наука выделяет два вида гарантий: во-первых, условия, т.   е. гарантии , направленные на создание благоприятной обстановки для пользования основными правами и свободами; во-вторых, средства, выступающие в качестве способов, приемов и методов охраны и обеспечения прав и свобод человека, позволяющие органам государства, местного самоуправления, общественным объединениям и самим гражданам эффективно бороться за свои права.

Ко второму виду гарантий относится и институт омбудсмана, который учрежден «в целях обеспечения гарантий государственной защиты прав и свобод граждан, их соблюдения и уважения государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами» (ст. 1 ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации»).

На основе анализа корреспонденции, поступающей к Федеральному Уполномоченному, рассмотрим некоторые проблемы, с которыми приходится сталкиваться в работе.

Одним из наиболее острых и сложных вопросов в настоящее время является вопрос обеспечения религиозных организаций помещениями для проведения молитвенных собраний и культурно-просветительских мероприятий. Напомню, что Федеральным законом «О свободе совести и о религиозных объединениях» предусмотрено право религиозных организаций основывать и содержать культовые здания и сооружения, а также иные объекты, предназначенные для богослужений, молитвенных и религиозных собраний, религиозного почитания (ст. 16). Однако поступающие в аппарат Уполномоченного материалы свидетельствуют, что реализация этого права сопряжена с определенными трудностями. К сожалению, ситуации, когда верующие вынуждены длительное время ходить по инстанциям, добиваясь удовлетворения их законных просьб, складываются во многих и многих регионах России. О несоблюдении принципа правового равенства религиозных объединений, воспрепятствовании строительству культовых зданий и отказах в возвращении ранее конфискованных зданий нам сообщали верующие из Москвы и Санкт-Петербурга, Республики Мордовия, Волгоградской, Ивановской, Самарской, Кировской, Калужской, Липецкой, Пермской, Тверской, Ростовской, Рязанской, Московской областей, Ставропольского и Краснодарского краев (и этот список можно продолжать).

Одним из шагов, сделанных государством для урегулирования вопроса обеспечения религиозных организаций помещениями является передача и возврат ранее изъятых молитвенных и других зданий их законным владельцам. Работа в этом направлении началась с Распоряжения Президента РФ от 23.04.1993 г. «О порядке передачи религиозным организациям культовых зданий и иного имущества». Позднее, в качестве механизма его реализации, Правительство России разработало и приняло 06.05.1994 г. Постановление «О порядке передаче религиозным объединениям культовых зданий и иного имущества религиозного назначения, относящихся к федеральной собственности». Однако сложность заключается в том, что данные нормативные акты регулируют порядок передачи лишь имущества, находящегося в федеральной собственности. Передача объектов муниципальной собственности требует принятия дополнительных правовых документов на региональном уровне. Это позволяет местным органам власти необоснованно затягивать передачу имущества религиозным организациям. И это, несмотря на рекомендации Парламентской ассамблеи Совета Европы «Религия и перемены в Центральной и Восточной Европе», принятые 24.04.2002 г. В них было предписано: «гарантировать церковным организациям, имущество которых было национализировано в прошлом, реституцию этого имущества в течение определенного времени, а в тех случаях, когда это невозможно, выплату справедливой компенсации; необходимо принимать надлежащие меры с целью недопущения приватизации национализированной церковной собственности»  . Есть и объективные причины, которые препятствуют быстрому решению вопроса возврата. Часто, использовавшиеся религиозными объединениями здания, в разные годы переводились в жилой фонд, либо отдавались в эксплуатацию учреждениям здравоохранения, культуры, различными государственным ведомствам. Для возврата их верующим необходимо осуществить реальное освобождение зданий, подобрать свободные площади и альтернативные помещения. В результате верующие вынуждены обращаться с ходатайствами в различные государственные инстанции и ждать реальной передачи имущества долгие годы. Конечно, поступают подобные жалобы и в Аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

Например, к Уполномоченному обратились члены общины Русской православной старообрядческой церкви в г. Моршанске Тамбовской области. В нем они сообщали об изъятии у общины здания Успенской церкви, являющегося памятником истории и культуры федерального значения.

Как стало известно из представленных материалов, культовое здание, построенное на пожертвования старообрядцев, распоряжением Комитета по управлению имуществом администрации Тамбовской области в октябре 2002 г., было передано в безвозмездное пользование религиозной организации. Однако, уже через два месяца Комитет отменил свое решение. Основанием для этого стали жалобы жителей близлежащих домов.

В результате, община Русской православной старообрядческой церкви Успения Пресвятой Богородицы Моршанска Тамбовской области не имеет никакого помещения для осуществления культовой практики.

Для выяснения всех обстоятельств по данному обращению нами были сделаны соответствующие запросы, в результате которых стало известно, что возврат общине здания в настоящее время невозможен. Связано это не столько с жалобами жителей близлежащих домов, сколько с тем, что между органами федеральной исполнительной власти и местным самоуправлением возник спор о том, кому принадлежит памятник истории и культуры. Пока в арбитражном суде Тамбовской области рассматривается вопрос об уровне собственности на данный объект, верующие вынуждены собираться в неприспособленных для молитвенных целей помещениях, а здание церкви, являющееся памятником истории и культуры, пустует и приходит в упадок.

Одним из решений проблемы с помещениями может стать строительство религиозными организациями собственных зданий. Однако и здесь возникает ряд сложностей, связанных с выделением и оформлением земельных участков, согласованием строений в различных государственных инстанциях, получением разрешений от органов госконтроля и надзора, регистрацией недвижимых объектов, сдачей их в эксплуатацию и получением на них права собственности. На каждом этапе этого длительного и сложного процесса могут возникать неоправданные препятствия. Зачастую местные органы власти принимают, без всяких на то оснований, решение о прекращении строительства, в результате чего сами сталкиваются с неразрешимыми проблемами и оставляют в замешательстве верующих. Совершенно обоснованно представители религиозных организаций требуют вернуть вложенные деньги, но таких средств у местных органов власти нет. Предпринимая попытки продать начатое строение, они заканчиваются проведением аукционов и конкурсов на проект застройки, по условиям которого победитель должен возместить бывшему застройщику расходы на строительство здания и в дальнейшем использовать его исключительно в общественно-полезных целях – как культурно-торговый или развлекательный центр.

Приведу пример того, как на протяжении нескольких лет верующие пытаются получить земельный участок для строительства здания. В приемную к Уполномоченному обратился председатель Совета общины духовных христиан молокан г. Москвы Я.В. Евдокимов с просьбой о содействии в решении вопроса о выделении земельного участка под строительство молитвенного дома общины в г. Москве. Из материалов, приложенных к обращению, следует, что уже около девяти лет данный вопрос рассматривается различными городскими инстанциями и до сих пор не получил своего разрешения. Более того, верующим отказывают в предоставлении земельного участка на основании волеизъявления жителей, проживающих в районе Царицыно г. Москвы, где предполагалось строительство церкви. На собраниях жителей района «Царицыно» верующие подвергались необоснованным оскорблениям, в их адрес раздавались угрозы «выбросить из окна», «сжечь», «поколотить» и т.   д. Например, результатом одного из таких районных собраний Южного административного округа г. Москвы стало решение от 15.01.2002 г., где было указано: «Отказать в строительстве молитвенного дома для религиозной общины Духовных христиан-молокан на любом земельном участке, расположенном на территории района Царицыно». Таким образом, полностью были проигнорированы положения ст. 16 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», в соответствии с которыми религиозные организации вправе основывать и содержать культовые здания и сооружения. За защитой своих прав община обращалась к мэру Москвы и он несколько раз ставил рассмотрение этого вопроса на «особый контроль». Как сообщают заявители, в 2002 г. по предложению Комитета по архитектуре и градостроительству Правительства Москвы общине был подобран земельный участок по ул. Макеевской, д. 3 в Южном административном округе города (уже третий по счету). На протяжении 2003–2004 гг. были пройдены необходимые согласования с Префектурой Южного округа и в январе 2005 г. земельный участок по ул. Макеевская, вл. 3, общей площадью 0,3 га, согласно акту Московского земельного комитета, был зарезервирован за общиной на 1 год для разработки исходно-разрешительной документации. На основании этого решения руководство общины приступило к выработке «Проектного предложения», которое требует немалых финансовых вложений. Однако в феврале 2005 г. совершенно неожиданно было принято решение о передаче данного земельного участка клубу любителей животных «Юный зоотехник». Таким образом, община духовных христиан молокан г. Москвы, не имея никакого помещения для осуществления культовой практики, потеряла последнюю надежду на его обретение.

Уполномоченный, рассмотрев все представленные документы и материалы, направил запрос мэру Москвы Ю.М. Лужкову с просьбой разобраться в сложившейся ситуации и принять соответствующие меры для восстановления прав граждан. Однако из мэрии пришел очередной ответ с указанием на то, что выделение земельного участка христианам-молоканам связано с проблемами градостроительного планирования и урегулированием земельных правоотношений и в настоящее время в структурах Правительства Москвы этот вопрос детально прорабатывается.

Или другой пример. К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации поступило обращение пресвитера церкви христиан веры евангельской «Новоильинская» В.А. Никитина (г. Новокузнецк) в связи с изъятием в судебном порядке у верующих молитвенного здания.

Из приложенных к заявлению материалов и документов стало известно, что в 1998 г. Новоильинская церковь с открытых торгов приобрела здание, расположенное по адресу: Кемеровская область, г. Новокузнецк, ул. Орджо-никидзе, д. 35, корп. 2. Право собственности на данное здание было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. С этого времени объединение выплачивало все необходимые налоги и сборы. За счет собственных сил и средств, а также при спонсорской поддержке международных союзов протестантских церквей религиозная организация провела реконструкцию и капитальный ремонт здания. В нем кроме религиозных обрядов и церемоний постоянно проводятся благотворительные и социальные акции, на которых присутствуют сотни людей. Верующие оказывают регулярную гуманитарную помощь детским домам, интернатам и приютам г. Новокузнецка. При поддержке общины в регионе был проведен ряд семинаров и конференций международного уровня. Вся эта многогранная деятельность заслужила признание городской и областной общественности, что выразилось в многочисленных благодарностях и наградах со стороны органов власти.

В 2003 г. неожиданно о своих претензиях на данное здание заявило ООО «РСУ–96», которое оспорило в судебном порядке законность проведения торгов. В июле 2004 г. арбитражный суд Кемеровской области отказал ООО «РСУ–96» в удовлетворении исковых требований. Однако при рассмотрении данного дела в апелляционной инстанции первоначальное решение было отменено, и торги признаны недействительными. При этом судом не было принято во внимание Постановление Конституционного суда РФ № 6-П от 21.04.2003 г, в котором указывается, что если при рассмотрении иска о признании сделки купли-продажи недействительной судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований должно быть отказано. Кассационная инстанция оставила данное решение в силе.

Таким образом, религиозная организация была лишена законно и добросовестно приобретенного здания, а ее деятельность парализована. Конфликтная ситуация, сложившаяся вокруг здания церкви христиан веры евангельской «Новоильинская», приобрела широкий общественный резонанс внутри страны и за рубежом, о чем свидетельствовали многочисленные обращения, поступавшие в аппарат Уполномоченного из субъектов РФ, из США, Канады и других стран.

В соответствии со ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», В.П. Лукин направил свое заключение в Высший арбитражный суд Российской Федерации, который 29 апреля 2005 г. принял данное дело к своему производству. В настоящее время судебным составом ВАС РФ принято определение о передаче дела «Новоильинской» церкви в Президиум ВАС РФ для пересмотра принятых по нему решений в порядке надзора. Рассмотрение дела назначено на сентябрь 2005 г.

Иногда верующие вынуждены долгое время ждать возвращения молитвенных зданий по причине нарушения чиновниками законодательства, халатности и безответственности со стороны должностных лиц к исполнению своих обязанностей. Ярким примером этого может служить обращение к Федеральному Уполномоченному представителя старообрядческой общины г. Минусинска В.П. Калинина по вопросу возвращения верующим здания Вознесенской церкви (ул. Корнева, д. 15 «б»).

В нем верующие сообщали, что конфликтная ситуация вокруг церковного здания сохраняется в течение длительного времени. В ее основе факт приватизации культового здания, являющегося памятником истории и культуры местного значения и передача его в 1992 г. в частную собственность, совершенные с нарушением ряда норм законодательства. В частности, было нарушено Постановление Верховного Совета Российской Федерации № 2980-1 от 11.06.1992 г., в соответствии с которым памятники истории и культуры приватизации не подлежали.

Руководство общины неоднократно обращалось в администрацию Красноярского края и к Главе г. Минусинска, однако никаких реальных действий по отмене незаконной приватизации и возврату Вознесенской церкви Минусинской старообрядческой общине принято не было. По мнению заявителей, власти заняли позицию безучастного наблюдения за тем, как верующие, не имея здания, вынуждены собираться на молитвенные собрания, проводить религиозные обряды и церемонии в квартирах и иных, непригодных для этих целей местах, в то время как здание Вознесенской церкви, построенное в 1911 г. на средства и силами старообрядческой общины, а ныне превращенное в склад, разрушается и приходит в упадок.

Учитывая, что до приватизации здание Вознесенской церкви находилось в государственной собственности, В.П. Лукин в своем обращении к Губернатору Красноярского края А.Г. Хлопонину просил рассмотреть вопрос об инициировании иска о признании недействительной приватизации памятника истории и культуры – Вознесенской церкви и о возврате его в государственную собственность для последующей передачи верующим. В своем обращении Уполномоченный писал: «Это было бы актом справедливости в отношении российских граждан, лишенных возможности молиться в собственном здании вот уже более 75 лет».

Совет администрации края, рассмотрев обращение Уполномоченного сообщил, что Управлением имущественных отношений администрации Красноярского края было принято решение об обращении в краевой Арбитражный суд с иском о признании приватизации здания церкви недействительной и возвращении его в государственную собственность. В настоящее время началась подготовка соответствующих документов и материалов. Появилась надежда на то, что после рассмотрения вопроса о законности приватизации здания в судебном порядке и возврате его в государственную собственность можно будет передать его верующим-старообрядцам.

В последнее время участились жалобы на отказ государственных органов власти и местного самоуправления в разрешении на проведение публичных массовых мероприятий, проводимых религиозными организациями. Есть и случаи неправомерного разрешения некоторых мероприятий. В своих обращениях граждане указывали на несовершенство законодательства в части регулирования конституционного права проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование, а также мирно собираться (ст. 31).

Как известно, порядок таких собраний на федеральном уровне регулируется Федеральным законом N 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», принятым 19 июня 2004 г. Закон подробно регламентирует процедуру подачи уведомления о проведении публичных мероприятий, порядок его организации, проведения, приостановления и прекращения. Примечательно, что законодатель опустил содержащуюся в действовавшем, до принятия Закона, Указе Президента РФ от 25.05.1992 г. «О порядке организации и проведения митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования» норму, которая содержала запрет на использование данного права в целях насильственного изменения существующего строя, разжигания расовой, национальной, религиозной, классовой ненависти, для пропаганды насилия и войны.

Статья 3 нового Закона указывает лишь на принципы проведения публичного мероприятия:

1) законность – соблюдение положений Конституции Российской Федерации, настоящего Федерального закона, иных законодательных актов Российской Федерации;

2) добровольность участия в публичном мероприятии.

 

Отмечу, что в п. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации установлено: «Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду». Тем не менее, далеко не всегда положения Конституции принимаются во внимание и являются на практике нормами прямого действия. Уже чувствуется нехватка положения «о запрете разжигания вражды и ненависти» непосредственно в Законе, о чем свидетельствуют конкретные примеры.

В аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации обратились представители ряда российских христианских церквей. В них сообщалось о том, что в течение 2004–2005 гг. группой лиц, называющих себя «православным студенческим братством», организуются пикеты богослужений и собраний, проводимых протестантскими объединениями Екатеринбурга. Заявители писали: «для нас стало очевидным, что дальнейшее молчаливое смирение перед незаконными притеснениями приведет к тому, что психологическое насилие в отношении наших прихожан, которое осуществляется уже несколько лет, при молчаливом попустительстве властей будет дополнено физическим».

В соответствии с предоставленными полномочиями отделом аппарата Федерального уполномоченного был направлен запрос в прокуратуру Свердловской области с указанием провести проверку фактов незаконного пикетирования и принять меры прокурорского реагирования.

К сожалению, прокурорская проверка не выявила нарушений федерального законодательства, ссылаясь на то, что пикеты, организованные представителями одной религиозной организации против другой проводились в соответствии с уведомлением о проведении публичного мероприятия и Законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», а также не были направлены на разжигание религиозной нетерпимости и розни. После чего, прокуратура указывает: «В руках у участников пикета находились плакаты со следующими надписями: «братья сектанты, до встречи на страшном суде», «граждане осторожно, здесь заседает секта». В адрес сотрудников и служителей ЦХВЕ «Новая Жизнь» высказывались реплики: «сектанты, прочь с южной подстанции», «мы хотим наших детей учить хорошему». Указанные надписи служителями ЦХВЕ «Новая Жизнь» было восприняты как «религиозная нетерпимость». По мнению прокуратуры, в этих надписях и плакатах не было ничего оскорбительного и обидного т.   к. постановлениями судов г. Санкт-Петербурга, Новокузнецка и некоторых других (прокуратурой указан целый ряд судебных постановлений, принятых с 1999 по 2002 гг.) установлено, что слово «секта» как понятие общеизвестно и употребляется в отношении религиозных организаций, которые исповедуют взгляды довольно узкой группы людей по сравнению с подавляющим большинством.

Таким образом, государственный орган, стоящий на страже законности и правопорядка, совершенно забыл о положениях ст. 29 Конституции Российской Федерации, запрещающей разжигание религиозной розни, ст. 17 устанавливающей правило о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и, наконец, решении № 4 (138) от 12.02.98 г. Судебной палаты по информационным спорам при Президенте Российской Федерации, в котором была подтверждена неправомерность и неэтичность применения термина «секта» к религиозным объединениям.

Все чаще в аппарат Уполномоченного поступают нарекания на работу правоохранительных органов. Последнее время религиозные организации и имущество, которое им принадлежит, все чаще страдают от рук хулиганов и преступников. Неизвестными поджигаются или повреждаются молитвенные дома, похищаются предметы культа, пожертвования верующих, совершаются хулиганские действия во время молитвенных собраний и служб. Естественно, что за помощью верующие обращаются в милицию. Однако приходится делать неутешительный вывод о том, что в большинстве случаев правоохранительные органы отказывают в возбуждении уголовных дел, или если уголовные дела все-таки возбуждаются, то по истечении срока предварительного следствия их расследование приостанавливается в связи с тем, что «лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено» (п. 1 ст. 208 УПК РФ). Большое число жалоб поступает в аппарат Уполномоченного от верующих-мусульман, которые жалуются на необоснованное задержание их на улицах, обыски и просто грубое отношение к ним, как представителям ислама. Страдают от «оперативных мероприятий» и представители других конфессий.

Например, к Уполномоченному поступил ряд обращений от руководителей и верующих протестантских движений России, в которых сообщалось о превышении должностных полномочий сотрудниками милиции в молитвенном доме религиозной организации христиан веры евангельской «Дело веры» (г. Ижевск).

Из обращения Председателя Российского объединенного союза христиан веры евангельской (пятидесятников) С.В. Ряховского и пастора церкви «Дело веры» Ю.Н. Дегтяря стало известно, что 14 апреля 2005 г., во время проведения богослужения в зал ворвались сотрудники правоохранительных органов и провели несанкционированные личные обыски лиц, присутствовавших на богослужении, а также помещений, принадлежащих Удмуртской пятидесятнической епархии «Дело веры». Было задержано и доставлено в отделение милиции 46 человек. Обыски, задержание и допросы сопровождались оскорблениями верующих, угрозами и нецензурной бранью. Вот как пишут заявители о происшедшем: «каждый из задержанных в порядке очереди вызывался на допрос. Вопросы, перемежающиеся с угрозами, сводились к одному: какая их религиозная принадлежность, почему они посещают эту секту, а не православную церковь, кто привел их в церковь, сколько денег они жертвуют, какую зарплату получают священнослужители, где у вас хранятся оружие и наркотики и т.   п. Некоторым грозили избить или сломать ноги, если они ничего не будут рассказывать».

В обращении к Уполномоченному верующие, прося защиты и помощи, писали: «Мы не просто удивлены, но возмущены подобным произволом. Евангельские церкви не переживали подобного отношения к себе уже около 50 лет. Были нарушены не только наши религиозные и гражданские права и свободы, но весьма в грубой форме попраны честь и достоинство верующих граждан».

В соответствии со ст. 23 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» В.П. Лукин обратился к прокурору Удмуртской Республики Б.С. Саркаеву с просьбой провести всестороннюю проверку и принять меры прокурорского реагирования.

По обращению Уполномоченного была проведена проверка фактов превышения должностных полномочий сотрудниками правоохранительных органов, в результате которой установлено, что при задержании 46 человек и привлечении их к административной ответственности сотрудниками милиции действительно были допущены нарушения законодательства. Для их устранения прокуратурой было направлено представление на имя министра внутренних дел Республики. В нем особо указывалось на необходимость устранения выявленных нарушений и привлечения к дисциплинарной ответственности виновных в этом должностных лиц. В результате рассмотрения прокурорского представления начальник криминальной милиции Первомайского РОВД г. Ижевска А.Д. Бахтияров за ненадлежащую организацию действий сотрудников милиции предупрежден о неполном служебном соответствии. Начальнику милиции общественной безопасности Первомайского РОВД г. Ижевска А.П. Осетрову объявлен строгий выговор, а начальнику паспортно-визового отдела Ф.Х. Мардеевой – выговор.

Помимо этого, Удмуртская прокуратура возбудила уголовное дело № 01/375 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий совершенных с применением насилия или с угрозой его применения). Предварительное расследование по нему было завершено 01.07.2005   г. и направлено с обвинительным заключением на рассмотрение в Верховный суд Республики Удмуртия. В качестве обвиняемого привлечен начальник криминальной милиции Первомайского РОВД г. Ижевска А.Д. Бахтияров.

Руководством прокуратуры республики совместно с МВД республики проведена встреча с представителями Удмуртской Епархии церкви «Дело веры» в ходе которой, были выработаны меры по предотвращению повторения подобных случаев.

Работа с жалобами и обращениями граждан, поступающими в аппарат Уполномоченного, позволяет выявить наиболее актуальные и насущные проблемы практической реализации конституционного принципа свободы совести. Сейчас делаются очень важные шаги на пути объединения усилий власти, религиозных организаций, государственных и негосударственных правозащитных организаций в деле защиты свободы совести и обеспечению законных прав и интересов религиозных объединений. Отмечу, что проблемы соблюдения свободы совести и вероисповедания – это наиболее сложные и «больные» вопросы нашего современного общества, поэтому при их решении, безусловно, требуется проявление мудрости, широты и обдуманности подходов. Позитивное развитие этого процесса и его динамика во многом зависят от желания и умения развивать и укреплять сотрудничество в сфере защиты свободы совести всех заинтересованных сторон.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 Постановлением Государственной Думы Российской Федерации от 22.05.1998 г. на должность Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации был назначен О.О. Миронов. Срок его полномочий истек в 2003 г. Постановлением Государственной Думы Российской Федерации от 13.02.2004 г. на эту должность назначен В.П. Лукин.

  Протопопов А.О. Религия и закон. Правовые основы свободы совести и деятельности религиозных объединений в странах СНГ и Балтии. Сборник правовых актов. М.: 2002. С. 39.